Стих киплинга молитва

Советуем ознакомиться стих киплинга молитва с несколькими вариантами на русском языке, с полным описанием и картинками.

Редьярд Киплинг: "Владей собой среди толпы смятенной. "

Нечаянно, по ключевым словам нашла потрясающее стихотворение и несколько разных его переводов. Они о человеке, сильным духом. Взгляд с нескольких сторон. Симфония, синергия, полифония? Не знаю как назвать, но один перевод дополняет другой. Жаль, не могу прочесть и осмыслить оригинал.

Are losing theirs and blaming it on you,

If you can trust yourself when all men doubt you,

But make allowance for their doubting too;

If you can wait and not be tired by waiting,

Or being lied about, don't deal in lies,

Or being hated, don't give way to hating,

And yet don't look too good, nor talk too wise:

If you can think – and not make thoughts your aim;

If you can meet with Triumph and Disaster

And treat those two impostors just the same;

If you can bear to hear the truth you've spoken

Twisted by knaves to make a trap for fools,

Or watch the things you gave your life to, broken,

And stoop and build 'em up with worn-out tools:

And risk it all on one turn of pitch-and-toss,

And lose, and start again at your beginnings

And never breath a word about your loss;

If you can force your heart and nerve and sinew

To serve your turn long after they are gone,

And so hold on when there is nothing in you

Except the Will which says to them: "Hold on!"

Or walk with kings – nor lose the common touch,

If neither foes nor loving friends can hurt you,

If all men count with you, but none too much;

If you can fill the unforgiving minute

With sixty seconds' worth of distance run,

Yours is the Earth and everything that's in it,

And – which is more – you'll be a Man, my son!

Владей собой среди толпы смятенной.

Киплинг. В переводе Лозинского

Тебя клянущей за смятенье всех,

Верь сам в себя, наперекор вселенной,

И маловерным отпусти их грех;

Пусть час не пробил – жди, не уставая,

Пусть лгут лжецы – не снисходи до них;

Умей прощать и не кажись, прощая,

Великодушней и мудрей других.

И мыслить, мысли не обожествив;

Равно встречай успех и поруганье,

Не забывая, что их голос лжив;

Останься тих, когда твое же слово

Калечит плут, чтоб уловить глупцов,

Когда вся жизнь разрушена и снова

Ты должен все воссоздавать с основ.

На карту все, что накопил с трудом,

Все проиграть и нищим стать, как прежде,

И никогда не пожалеть о том,

Умей принудить сердце, нервы, тело

Тебе служить, когда в твоей груди

Уже давно все пусто, все сгорело

И только Воля говорит: "Иди!"

Останься честен, говоря с толпой;

Будь прям и тверд с врагами и друзьями,

Пусть все, в свой час, считаются с тобой;

Наполни смыслом каждое мгновенье,

Часов и дней неуловимый бег, –

Тогда весь мир ты примешь во владенье,

Тогда, мой сын, ты будешь Человек!

Перевод А. ГРИБАНОВА:

Людскую ненависть перенести

И не судить, но в страшные минуты

Остаться верным своему пути.

Умей не раздражаться ожиданьем,

Не мстить за зло, не лгать в ответ на ложь,

Не утешаясь явным или тайным

Сознаньем, до чего же ты хорош.

Чти разум, но не замыкайся в нем,

Запомни, что успех и пораженье —

Две лживых маски на лице одном.

Пусть правда, выстраданная тобою,

Окажется в объятьях подлеца,

Пусть рухнет мир, умей собраться к бою,

Поднять свой меч и биться до конца.

Связать судьбу с одним броском костей,

А проиграв, снести удар спокойно

И без ненужных слов начать с нулей.

Сумей заставить сношенное тело

Служить сверх срока, не сбавляя ход.

Пусть нервы, сердце — все окаменело,

Рванутся, если Воля подстегнет.

Останься прям, служа при королях.

Ничьим речам не дай звучать слышнее,

Чем голос истины в твоих ушах.

Свой каждый миг сумей прожить во славу

Далекой цели, блещущей с вершин.

Сумеешь — и Земля твоя по праву,

И, что важней, ты Человек, мой сын!

Перевод Юрия Изотова:

У всех исчезла почва из-под ног,

А ты, под градом обвинений,

Единственный в себя поверить смог.

На злобу злобой низкой не ответил;

Когда все лгали, не посмел солгать

И восхвалять себя за добродетель;

Заставил мысли в русло повернуть,

Встречал спокойно радость и беду,

Постигнув их изменчивую суть.

Невозмутимо ты переносил,

А после краха снова был готов

За дело взяться из последних сил.

И ты, решая выигрышем рискнуть,

Всё проиграл, но не пенял судьбе,

А тотчас же пустился в новый путь;

И сердце заболевшее замрёт,

И загореться нечему уже,

Лишь твоя воля крикнула: "Вперёд!"

Ты с уваженьем с ними говорил;

С тобой считались все, но ни один

Кумира из тебя не сотворил;

Ты вечным смыслом наполнял свой век,

То, без сомненья, вся Земля – твоя

И ты, мой сын, достойный Человек!

Когда теряют головы вокруг,

И если ты себе остался верен,

Когда в тебя не верит лучший друг,

И если ждать умеешь без волненья,

Не станешь ложью отвечать на ложь,

Не будешь злобен, став для всех мишенью,

Но и святым себя не назовешь,

А не тобою властвует она,

И будешь тверд в удаче и в несчастье,

Которым, в сущности, цена одна,

И если ты готов к тому, что слово

Твое в ловушку превращает плут,

И, потерпев крушенье, можешь снова –

Без прежних сил – возобновить свой труд,

Тебе привычным, выложить на стол,

Все проиграть и вновь начать сначала,

Не пожалев того, что приобрел,

И если можешь сердце, нервы, жилы

Так завести, чтобы вперед нестись,

Когда с годами изменяют силы

И только воля говорит: "Держись!" –

При короле с народом связь хранить

И, уважая мнение любое,

Главы перед молвою не клонить,

И если будешь мерить расстоянье

Секундами, пускаясь в дальний бег, –

Земля – твое, мой мальчик, достоянье!

И более того, ты – человек!

Часть 22 – Редьярд Киплинг: "Владей собой среди толпы смятенной. "

Редьярд Киплинг

Господь, водивший нас войной,

Судивший нам – наш вышний Царь! –

Царить над пальмой и сосной,

Бог Сил! Нас не покинь! – внемли,

Дабы забыть мы не смогли!

Вожди уходят и князья:

Лишь сокрушение сердец –

Вот жертва вечная твоя!

Бог Сил! Нас не покинь! – внемли,

Дабы забыть мы не смогли!

И гибнет флот, сжимавший мир.

Дни нашей славы далеки,

Как Ниневия или Тир.

Бог Сил! Помилуй нас! – внемли,

Дабы забыть мы не смогли!

Собой хвалиться станем мы,

Как варварских племен сыны,

Как многобожцы, чада тьмы,

Бог Сил! Нас не покинь! – внемли,

Дабы забыть мы не смогли!

Лишь к дымным жерлам знаем страх

И, не припав к стопам Твоим,

На прахе строим, сами прах,

За похвальбу дурацких од,

Господь, прости же Свой народ!

Перевод – О. Юрьева

Тексты произведений, фотографии, автографы и дополнительная информация к стихам

для нашего «Сборника» , предоставлены литературным порталом « Стихи 19-20 веков»

Редьярд Киплинг — Отпустительная молитва: Стих

Бог праотцев, преславный встарь,

Господь, водивший нас войной,

Судивший нам — наш вышний Царь! —

Царить над пальмой и сосной,

Бог Сил! Нас не покинь! — внемли,

Дабы забыть мы не смогли!

Вражде и смуте есть конец,

Вожди уходят и князья:

Лишь сокрушение сердец —

Вот жертва вечная твоя!

Бог Сил! Нас не покинь! — внемли,

Дабы забыть мы не смогли!

Тускнеют наши маяки,

И гибнет флот, сжимавший мир…

Дни нашей славы далеки,

Как Ниневия или Тир.

Бог Сил! Помилуй нас! — внемли,

Дабы забыть мы не смогли!

Коль, мощью призрачной хмельны,

Собой хвалиться станем мы,

Как варварских племен сыны,

Как многобожцы, чада тьмы,

Бог Сил! Нас не покинь! — внемли,

Дабы забыть мы не смогли!

За то, что лишь болванки чтим,

Лишь к дымным жерлам знаем страх

И, не припав к стопам Твоим,

На прахе строим, сами прах,

За похвальбу дурацких од,

Господь, прости же Свой народ!

Читать похожие стихи:

Популярные тематики стихов

Лучшие поэты
ТОП-20 стихов

Огромная база, сборники стихов известных русских и зарубежных поэтов классиков в Антологии РуСтих | Все стихи | Карта сайта | Контакты

© Все анализы стихотворений, публикации в литературном блоге, короткие биографии, обзоры творчества на страницах поэтов, сборники защищены авторским правом. При копировании авторских материалов ссылка на источник обязательна! Копировать материалы на аналогичные интернет-библиотеки стихотворений – запрещено. Все опубликованные стихи являются общественным достоянием согласно ГК РФ (статьи 1281 и 1282).

Кипплинг. Молитва

Владей собой среди толпы смятенной,

Тебя клянущей за спасенье всех.

Верь сам себя наперекор Вселенной

И маловерным отпусти их грех.

Пусть час не пробил – жди не уставая.

Пусть лгут лжецы, не снисходи до них.

Умей прощать и не кажись, прощая,

Великодушнее и мудрей других.

И мыслить, мысли не обожествив.

Равно встречай успех и поругание,

Не забывая, что их голос лжив.

Останься тих, когда твоё же слово

Калечит плут, чтоб уловлять глупцов,

Когда вся жизнь разрушена и снова

Ты должен всё воссоздать с основ.

На карту всё, что накопил с трудом.

Всё проиграть и нищим стать, как прежде

И никогда не пожалеть о том.

Умей принудить сердце, нервы, тело

Тебе служить, когда в твоей груди –

Уже давно всё пусто, всё сгорело

И только Воля говорит: “ИДИ!”

Останься честен, говоря с толпой.

Будь прям и тверд с врагами и друзьями –

Пусть все в свой час считаются с тобой.

Наполни смыслом каждое мгновение,

Часов и дней неумолимый бег,

Тогда весь МИР ты примешь во владение,

Тогда, мой сын, ты будешь ЧЕЛОВЕК…

Вот ето да..вот ето оно..Кипплингу респект.

  • Добавить комментарий
  • 3 комментария

Android

Выбрать язык Текущая версия v.209

Редьярд Киплинг “Молитва влюблённых”

Вообще не припомню ни одного поэта (кроме, конечно, нескольких советских), у которых была бы столь высока концентрация военной лирики. Но есть лирика и вполне лирическая. За стихи спасибо

comedy_del_arte .

Доски мокрого причала.

Дождь ли? Слёзы ли? Прощанье.

И отходит пароход…

Нашей верности года…

Вера и надежда? Да:

Пой молитву всех влюблённых:

«Любим? Значит – навсегда!»

Шёпот у штурвала длится.

Пена вдоль бортов струится

В блеск тропической ночи.

Южный Крест – прозрачней льда.

Снова падает звезда.

Вот молитва всех влюблённых:

«Любим? Значит – навсегда!»

Карие глаза. – Простор.

Степь. Бок о бок мчатся кони.

И сердцам в старинном тоне

Вторит топот эхом гор.

И – натянута узда…

И в ушах звучит тогда

Вновь молитва всех влюблённых:

«Любим? Значит – навсегда!»

Синие глаза. – Холмы

Серебрятся лунным светом,

И дрожит индийским летом

Вальс, манящий в гущу тьмы…

– Офицеры… Мэйбл… когда.

Колдовство. Вино. Молчанье…

Эта искренность признанья:

«Любим? Значит – навсегда!»

Да… Но жизнь взглянула хмуро.

Сжальтесь надо мной: ведь вот –

Весь в долгах перед амуром,

Я – четырежды банкрот!

И моя ли в том вина?

Если б снова хоть одна

Я бы сорок раз тогда

Спел молитву всех влюблённых:

«Любим? Значит – навсегда!»

Driving rain and falling tears,

As the steamer puts to sea

In a parting storm of cheers.

Sing, for Faith and Hope are high –

None so true as you and I –

Sing the Lovers’ Litany: –

“Love like ours never die!”

Milky foam to left and right;

Whispered converse near the wheel

In the brilliant tropic night.

Cross that rules the Southern Sky!

Stars that sweep, and turn, and fly

Hear the Lovers’ Litany: –

“Love like ours never die!”

Split and parched with heat of June.

Flying hoof and tightened rein,

Hearts that beat the ancient tune.

Side by side the horses fly,

Frame we now the old reply

Of the Lovers’ Litany: –

“Love like ours never die!”

Silvered with moonlight hoar;

Pleading of the waltz that thrills,

Dies and echoes round Benmore.

“Mabel”, “Officers”, “Good-bye”,

Glamour, wine, and witchery –

On my soul’s sincerity,

“Love like ours never die!”

Maidens, of your charity,

Pity my most luckless state,

Four times Cupid’s debtor I –

Bankrupt in quadruplicate.

Yet, despite my evil case,

An a maiden showed me grace,

Four-and-forty times would I

Sing the Lovers’ Litany: –

“Love like ours never die!”

  • Добавить комментарий
  • 24 комментария

Android

Выбрать язык Текущая версия v.209

Стих киплинга молитва

Наизусть читаем Киплинга…

3. «The Lovers’ Litany» — «Серые глаза»

Киплингу не исполнилось ещё и семнадцати, когда дождливым сентябрьским днём 1882 года он покинул берега Англии, чтобы отправиться в далёкую Индию — туда, где он родился и где прошли первые пять счастливых лет его жизни. Спустя месяц, обогнув Африку, пароход прибыл в Бомбей. Потом ещё было короткое путешествие в Лахор, где его ждало место в небольшой провинциальной газете. Она выходила шесть дней в неделю, работать приходилось тяжело и много, но тем большим было удовольствие от ежегодных отпусков, которые Киплинг, спасаясь, подобно многим другим англичанам, от изнуряющего летнего зноя, проводил в Симле, небольшом местечке среди гор.

Стихотворение «The Lovers’ Litany» было им написано как раз в это время. Опубликовал же его Киплинг в 1886 году, в первом своём поэтическом сборнике, получившем название «Departmental Ditties and Other Verses». На русский язык «The Lovers’ Litany» можно перевести, как «Литания влюблённых». Лит а ния — это молитва, но молитва не абы какая, а особой формы: в конце каждого предложения там повторяется одна и та же фраза (например, «Господи, помилуй!» или что-нибудь в этом же роде). Образно говоря, это молитва-заклинание.

Как мы сейчас увидим, название стихотворения выбрано Киплингом очень удачно: в конце каждой из пяти строф повторяется, как заклинание, одно и то же: «Love like ours can never die!» — «Такая любовь, как наша, не умрёт никогда!» . Вот это стихотворение (текст выверен по доступной в интернете фотокопии сборника «Departmental Ditties and Other Verses» — 37-е издание, вышедшее в Лондоне в 1922 году):

The Lovers’ Litany

Образы, которые Редьярд Киплинг использует в своём стихотворении, во многом навеяны его воспоминаниями о возвращении в Индию на пароходе, о его путешествиях внутри страны и о его ежегодных летних отпусках в Симле. Они цветные, эти образы.

Первая строфа — это серый цвет. Это серое сентябрьское небо в Эссексе, откуда пароход уходит в своё долгое плавание. Это назойливый дождь, мокрый причал, мокрые от слёз щёки, слова прощания. Во имя искренней Веры и высокой Надежды, нашей с тобой беспримерной верности — пропоём Литанию влюблённых: «Такая любовь, как наша, не умрёт никогда!»

Вторая строфа — это чёрный цвет тропической ночи в океане. Это дрожащий от мерной работы двигателей, вибрирующий всем своим корпусом пароход, это молочная пена вдоль его бортов, это шёпот в ночной темноте, у руля на корме, это сверкающий в небе Южный Крест — а значит, пройден экватор — и это звёзды, что несутся, кружатся, летят… Услышьте Литанию влюблённых: «Такая любовь, как наша, не умрёт никогда!»

Третья строфа — коричневый цвет пыльной степи, цвет почвы, растрескавшейся и пересохшей от июньской жары. Это — стремительно мчащиеся бок о бок лошади, летящие копыта и натянутые поводья. Это — два сердца, что выстукивают старый-престарый мотив. Так пусть же и теперь мы произнесём прежние слова из Литании влюблённых: «Такая любовь, как наша, не умрёт никогда!»

Четвёртая строфа — это синий цвет. Это горы вокруг Симлы, посеребрённые лунным инеем. Это звуки вальса, который просит за тебя, который и дрожит, и замирает, и вторит эхом вокруг Бенмора. «Мейбл», «Офицеры», «Прощай»… Гламур, вино и очарование… Со всей искренностью моей души — «Такая любовь, как наша, не умрёт никогда!»

Бенмором назывался дом в Симле: нечто вроде клуба — с танцами и сценической площадкой. А «Мейбл», «Офицеры» и «Прощай» — это те самые вальсы, которые тогда «дрожали, замирали и вторили эхом вокруг Бенмора». О вальсе «Офицеры» я знаю только то, что он был написан в самом конце 1870-х годов известным в то время сочинителем танцевальной музыки Чарльзом Кутом-младшим (1831–1916), который посвятил его «офицерам на службе Её Величества». Автором вальса «Мейбл», написанного в 1860-х годах, является ровесник Кута, композитор и многолетний руководитель военных оркестров Дэниел Годфри (1831–1903). Послушайте, как звучит этот вальс:

Мелодия вальса «Mabel» Дэниела Годфри (начало)

А вот вальс «Прощай» — это очень известное произведение итальянца Франческо Паоло Тости (1846–1916) с грустным английским текстом шотландца Джорджа Уайт-Мелвилла (1821–1878). Вот как заканчивается у него этот вальс: «… Умоляющий взгляд, сдавленный плач. Прощай навеки! Прощай! Прощай!» . Мы с вами, однако, послушаем не концовку вальса «Прощай», а небольшой фрагмент из его середины. Поёт Дина Дурбин:

Вальс «Good-bye» в исполнении Дины Дурбин (фрагмент)

«Прощай, надежда! Прощай! Прощай. » Впрочем, мы несколько отвлеклись: вернёмся к стихотворению Киплинга. Четыре строфы, четыре цветных образа — серый, чёрный, коричневый, синий — и четыре цвета девичьих глаз: соответственно, серые глаза, чёрные, карие и синие (ну, или голубые). Красиво, не правда ли.

Четыре цвета девичьих глаз — четыре влюблённости. Неудачные. В заключительной строфе своего стихотворения Киплинг именно об этом и говорит: «Четыре раза я должник Амура — и четырежды банкрот». И добавляет при этом: несмотря на все четыре злополучных исхода — да если б какая-нибудь девушка проявила ко мне благосклонность, то я и сорок четыре раза пропел бы Литанию влюблённых: «Такая любовь, как наша, не умрёт никогда!»

Все «цветные» пейзажи, так ярко описанные им в стихотворении, Киплинг, несомненно, видел собственными глазами. Все перечисленные им вальсы он, несомненно, слышал. И в Бенморе он, конечно же, бывал неоднократно. Но вот насчёт серых, чёрных, карих и голубых… трудно сказать наверняка. Во всяком случае, не будем забывать, что в тот год, когда стихотворение «The Lovers’ Litany» впервые опубликовали, Киплингу было всего-навсего двадцать лет…

Стихотворение это — красивое, многогранное, нелёгкое для понимания и, тем не менее, довольно известное. Но, честно говоря, у меня сложилось впечатление, что особой популярностью оно пользуется не столько в англоязычных странах, сколько у нас, в России. Вновь и вновь манит оно наших переводчиков, вновь и вновь пытаются они ухватить, понять, передать всю образность киплинговских строк. На мой взгляд, наиболее адекватен оригиналу тот перевод , который сделал Василий Бетаки — переводчик опытный, но, в силу разных причин, у нас не очень известный.

(Заметим в скобках, что первые строки известны также в виде «Серые глаза… Восход, // Доски мокрого причала…» — как, например, на сайте «Век перевода»).

Василию Бетаки удалось передать в своём переводе почти все образы и нюансы стихотворения Киплинга. Чуточку неуместным, правда, кажется тут слово «молитва»: использованное Киплингом слово «литания», хотя оно и менее привычно для русского уха, является, в данном контексте, гораздо более точным. И ещё, пожалуй, Бетаки не знал, что «Мейбл» у Киплинга — это всё же не имя некоей девушки, а название вальса, звучавшего в Бенморе (впрочем, как и «Офицеры»)…

Как справедливо отметил В. Бетаки в упомянутой выше своей статье, «большая часть «бардов» оказывается в некотором смысле «литературными внуками» того же Киплинга». Наших «бардов» всегда привлекала образность, «цветность» киплинговских стихов и присущий им романтизм. Не стало тут исключением и стихотворение «The Lovers’ Litany» — разумеется, в его переводах на русский язык. Послушаем «Молитву влюблённых» В. Бетаки в очень приятном исполнении Ивана Коваля из Кишинёва (мелодия в аранжировке Виталия Бальваса):

«Молитва влюблённых» в исполнении Ивана Коваля (стихи Василия Бетаки)

Перевод Василия Бетаки — это, по-видимому, самый точный из существующих ныне переводов стихотворения «The Lovers’ Litany» на русский язык. Зато перевод Константина Симонова, который мы сейчас посмотрим, является пусть и наименее точным, но — наиболее известным переводом стихотворения Киплинга.

Нам тут не нравилось у Бетаки слово «молитва»? У Симонова вообще нет никакой молитвы и никакой литании: мы не найдём в его переводе никаких следов от заключительных четверостиший первых четырёх строф стихотворения Киплинга. Никаких южных крестов, никаких индий с их не то вальсами, не то офицерами и женскими именами. Вообще, никакой конкретики там нет. Но, в то же время, я бы не торопился безоговорочно согласиться с тем, что стихотворение Симонова — это не перевод , а совершенно самостоятельное произведение. Ведь Симонову удалось передать — пусть и едва заметными мазками, воздушными намёками — не только «цветность» первых четырёх строф киплинговского стихотворения, но даже, по сути, и пятую его строфу — пусть и другими словами. А вот молитвы — молитвы, конечно, нет… Но ведь это вполне объяснимо, не так ли.

А раз молитвы нет — стихотворение Константина Симонова называется по первой строчке:

Нет, в самом деле! Взгляните, например, как Симонов мастерски пересказывает киплинговскую вторую строфу. Короткие, едва заметные мазки: «жара» , «море» , плывущий пароход ( «у борта» , «звёзд скольженье »), ночь (« звёзд скольженье», звёзды «сонные» , поцелуи «до утра» ) — а уж воображение читателя дорисовывает всё остальное… Или, скажем, заключительная киплинговская строфа: четыре влюблённости — «Я четырежды должник синих, серых, карих, чёрных» . И все неудачные? Конечно: «Я не судья для них» … Восторженность, юношеская самоуверенность и определённое легкомыслие лирического героя стихотворения Киплинга обозначены у Симонова тоже всего лишь одной короткой фразой: «Я люблю — в том нет вины — все четыре этих цвета» .

Константин Симонов переводил «The Lovers’ Litany» Киплинга задолго до того времени, когда стало возможным думать исключительно о точности перевода. Пусть этот его перевод и не вполне точный, но уж зато пересказ — блестящий. Неудивительно поэтому, что стихотворение Симонова «Серые глаза — рассвет…» обращает на себя особое внимание наших «бардов», которые с большим или с меньшим успехом стараются стихи Симонова пропеть. Вот одной из таких «бардовских» песен мы, пожалуй, и закончим свой рассказ о «синих, серых, карих, чёрных»…

Виктор Берковский, песня «Глаза» на стихи Константина Симонова «Серые глаза — рассвет»:

Оценка 4.9 проголосовавших: 907
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here