Сестра клер связывающая молитва

Советуем ознакомиться сестра клер связывающая молитва с несколькими вариантами на русском языке, с полным описанием и картинками.

История одной монахини: «Глас божий из Youtube позвал меня»

Маленький город Саммит в штате Нью-Джерси ничем не лучше других городов Америки. Справа – бензоколонка, слева – церковь, и вот вы уже в центре всех культурных событий. Католическая церковь открыта для всех, но рядом с ней доминиканский женский монастырь, куда любопытных не пускают. Чтобы увидеть монахинь, придется миновать длинный коридор и серьезного вида охранника. В конце коридора – гостиная. Из мебели здесь всего несколько стульев, длинный деревянный стол и старые жалюзи на окнах, прикрывающие монастырский быт от любопытных прохожих. Я жду Лаурен и фантазирую, что здесь за жизнь: узкие кровати, непрерывные молитвы и хлеб с водой на обед.

Но, похоже, я здесь единственная, у кого есть время просто сидеть и воображать себе всякие глупости, – в монастыре всё по расписанию. Ровно в 10 утра жалюзи приоткрываются, и в комнате, залитой светом, я вижу Лаурен в сопровождении еще одной сестры Мари Катерин (оставаться наедине нам не положено). Лаурен Франко, она же сестра Мария Тереза, не просто хорошенькая – она красавица! Ее румянец, ямочки на щеках и лучезарная улыбка сведут с ума любого собеседника. Говорить начинает она, тихим шепотом.

YouTube, возможно, и сыграл в ее биографии ключевую роль, но Лаурен настаивает, что все началось раньше. Она не за одну ночь приняла решение стать монахиней: «Мне было семь, когда­ я уже подумывала о том, как хорошо было бы жить в монастыре. Я тогда училась в католической школе и была влюблена в нашу учительницу Катехизиса, я мечтала стать такой, как она. Но я быстро поняла, что заявлять об этом на весь класс – не самая лучшая идея. Когда учительница попросила нас одеться теми, кем мы хотели бы стать, когда вырастем, я пришла в костюме ковбоя».

Лаурен подросла, стала интересоваться разными религиями, встречалась с молодым человеком. Она совершенно спокойно сообщает мне, что вела себя не так чтобы очень скромно, но все время чувствовала, что ей чего-то категорически не хватает.

В колледже она усиленно изучала два предмета – орнитологию и религию. «Я влюблялась, встречалась то с одним, то с другим, но в то же время много молилась и все еще хотела уйти в монастырь. Но монахиня – это невеста Христова, ты не можешь назвать себя невестой, если тебе не сделали предложения. Мне было ужасно обидно, я думала, что уже никогда не увижу знак от Всевышнего. Тогда я сказала Ему: “У Тебя не так-то и много желающих стать Твоей женой, так пусть ею буду я”».

Однажды ночью в общежитии Лаурен полезла на YouTube, чтобы найти песню, которую где-то услышала. «Я надела наушники, нажала play, но вместо песни услышала слова: “Ты вый­дешь за меня?” Я тут же выключила компьютер и сказала: “Да”».

Лаурен немедленно позвонила своему бой­френду. «Я сказала, что мы должны сделать в отношениях недельный перерыв. И, надо сказать, он не удивился». Вскоре она бросила его, колледж тоже бросила – и окончательно приняла решение уйти в монастырь. «Мама не была в восторге, а отец и вовсе пришел в ярость. Они думали­, что это решение необдуманное, спонтанное». Разочарованы были и члены женского клуба колледжа – Лаурен предала все их социалистические, левые, политкорректные идеи. «Мои подруги были возмущены тем, что я перехожу в мир, где правят мужчины, что я отказываюсь от свободы. Они даже внесли меня в черный список».

Никто не смог уговорить Лаурен передумать. В 20 лет она ушла в монастырь. Теперь каждый день она встает до рассвета, молится с 5:55 до 6:30, размышляет до 7:15 и присоединяется к мессе до 8:40. Остаток утра она проводит за уборкой, готовкой или работой в саду.

В монастыре очень тихо. Монахиням не разрешается говорить даже во время обеда или ужина (Рождество и Пасха – исключение). Только два раза в день после двух главных трапез во время небольшого отдыха они наконец-то могут заговорить с кем-то еще, кроме Бога. «Это как жужжащий улей – все разом начинают трещать, – смеется Лаурен. – Ощущение, словно вы попали в сума­сшедший дом». Но вскоре вновь воцаряется полная тишина. После трех часов дня – опять молитвы, время подумать, работа по двору, учеба, ужин, еще один перерыв на отдых и еще молитвы – до 8:40 вечера. После этого все монахини возвращаются в свои комнаты. Но на этом служба не закончена. Разговор с Богом в монастыре не должен прекращаться ни на минуту, ночное время монахини поделили между собой – Лаурен дежурит, перебирая четки, с часу до двух ночи.

Почему нужно жить так трудно? Католики верят, что только таким образом они могут искупить грех, совершенный Адамом, – искупить для себя и для других. Настоятельница монастыря сестра Дениз Мари, посвятившая служению Господу 39 лет своей жизни, говорит о монастыре как о больнице: «Бог кладет нас на операционный стол, где мы должны пройти испытание. Это больно, но только так и можно исцелиться». К слову, в дисциплинарной практике монастырей больше не использу­ются бичевание или публичное унижение. «Еще совсем недавно монахини должны были обвязывать вокруг своей­ талии веревку с узлами. Одна из старших сестер рассказывала нам, что это было совсем не больно – наоборот, действовало расслабляюще, словно кто-то все время тебя греет и обнимает».

Чревоугодие – грех, если кто-то забыл. Во время Великого поста в монастыре не едят мясо, многие сознательно голодают. Многим кажется­, что это слишком строго, но на самом деле, как говорит сестра Мария Тереза, поститься гораздо легче и полезнее, чем сидеть на диете. «Каждая монахиня может изменить рацион поста, исходя из нужд своего организма. Если вы голодаете так сильно, что не можете проснуться для хвалебного гимна, то в этом нет ничего хорошего».

Монахини не стесняются говорить о сексе, точнее, о его отсутствии. «Это не проблема, – считает Лаурен. – Оказалось, что без этого не так уж трудно. Гораздо труднее пережить то, что я отказалась от возможности найти мужа, человека, с которым я могла бы пройти через всю жизнь, разделяя минуты радости и горя. С этим невероятно сложно смириться, особенно в те минуты, когда кажется, что Бог тебя покинул».

«Как я могу быть женщиной, не став женой и матерью? Да, я отказалась от привычного выражения своей сексуальности, да, мое тело все еще этого желает. Но, став монахиней, я обрела способность любить так сильно, как смертному трудно даже представить. В этих отношениях мое безмерное требование любить и быть любимой наконец-то удовлетворено. У меня есть муж, и это сам Господь».

Возможно, Господь и является ее мужем, но Лаурен чаще кажется, что она замужем за пятнадцатью другими монахинями. Ее это очень веселит: «Жизнь в общине ко многому обязывает. Даже самое маленькое решение, например, какой фильм мы будем смотреть вечером, принимается с очень большим скрипом».

Что мне действительно странно в истории Лау­рен, так это то, что в детстве примером для нее была школьная учительница, а не монахиня, которая прожила всю жизнь в заточении. Поначалу Лаурен сопротивлялась своему призванию: «Я спорила с Ним. Я говорила Ему, что не могу молчать все время, не могу каждую минуту молиться. Такая жизнь меня пугала». В монастыре ей пришлось пройти курс детоксикации, чтобы избавиться от жизни, которую она знала прежде: «Это было невероятно тяжело. Чтобы полюбить все это, у меня ушло немало времени, но сейчас я не представляю, что можно жить иначе».

Лаурен не прекратила отношений с семьей и друзьями. Родители в конце концов приняли ее решение и поддерживают во многом, хоть и не во всем. Раз в месяц они приходят к ней в гости вместе с младшей сестрой-студенткой. (А чаще ли вы видитесь с родителями?) Друзья – те, кто согла­сился с ее решением, – тоже приходят. Но прогуляться вместе по саду или заглянуть в ее комнату никому не разрешают. Все, что отведено гостям, – это час беседы в гостиной. Лаурен говорит, что встречи с внешним миром стали сильно ее утомлять: «Я отвыкла так много говорить и слушать».

После шести лет в монастыре осталось ли что-то из жизни Лаурен, по чему сестра Мария Тереза скучает? «Да, мне не хватает походов с мамой по магазинам. Было хорошо, когда мы с ней вместе ходили к мессе. Я скучаю по вечерам, когда я сидела на кровати сестры и расчесывала ей волосы. И по разговорам с отцом – мы так душевно с ним болтали, когда шли гулять после обеда. Я даже по еде домашней тоскую, здесь совсем по-другому кормят».

Вначале ей еще страшно не хватало Facebook, но через некоторое время без него даже понравилось. «Тебе кажется, что ты в хороших отношениях со всеми друзьями на своей страничке, но на самом деле порой мы не разговаривали месяцами. В монастыре же я наслаждаюсь отношениями с реальными людьми». Монахиням не разреша­ется использовать социальные сети: «Мы решили, что в этом нет ничего полезного для нас». Однако после определенного времени, проведенного в монастыре, сестрам разрешается общаться с внешним миром при помощи электронной почты. «С одной стороны, это помогает, но с другой – ранит, потому что таким образом ваши мысли легко могут унестись далеко за пределы монастыря».

Путь, который выбрала сестра Мария Тереза, ведет ее все дальше от старых друзей и все ближе к личным целям. Где-то через год она даст обет – это последний шаг на пути вступления в монашеский орден. «Сделав это, я лишусь всех прав на собственность, – объясняет она. – Я буду связана с Ним навечно». Если выражаться светским языком, то ее брак с Господом будет скреплен печатью официально.

Связывающая молитва

ПОДРОБНОСТИ

Пожалуйста, распространяйте это послание.

Любимый Господь Иисус, я прихожу к Тебе как дите, которое все еще учится; учи меня, чтобы я ясно мог(ла) слышать и видеть Тебя. Прошу, просмотри мое сердце и помоги мне покаяться и направляй эти молитвы, чтобы они действовали. Прошу, Иисус, открой мне, какие двери я открыл(а) и удали их вместе с демонами и брось их в бездну, и помоги мне впредь не грешить.

Критиковал(а) ли я кого-то в моем сердце или в моих мыслях, обвинил(а) ли я кого-то ложно, сплетничал(а) ли я о ком-то или оскорбил(а) кого-то? Крал(а) ли я, обманул(а) ли кого-то, лгал(а) ли я; расходовал(а) ли деньги, которые были предназначены для других вещей, взял(а) ли я что-то, что принадлежало кому-то другому? Позавидовал(а) ли я кому-то, было ли переедание, пожелал(а) ли я что-то или слушал(а) что-то греховное? Поступил(а) ли я непочтительно с моим(моей) супругом(ой) или моими родителями? Был(а) ли я высокомерен(на) и горд(а), был(а) ли я непослушен(на) Тебе?

Сестра клер связывающая молитва

В гостях у “малых сестёр Иисуса”

  • 16 янв, 2013 в 2:58

Между католическим и православным Рождеством группа участников нашего сообщества побывала в Риме на Европейской встрече, организованной экуменической общиной Тэзе (не всё же нам в «Третьем Риме» сидеть ;)). Об этой встрече мы ещё расскажем отдельно, а пока – ещё одно римское впечатление.

Было у одного из сообщников маленькое поручение в Вечном городе – передать подарки сестре Клер из общины "малых сестёр Иисуса", трудившейся в России около 20 лет. Духовным вдохновителем «малых сестёр» был Шарль де Фуко, об общине и её покойной наставнице можно прочесть здесь. Их обитель притягивала самых разных людей независимо от национальностей, конфессий, статуса – сложно представить, что ещё могло бы объединить людей, запечатлённых на фотографиях в их музее… Например, любил здесь бывать и митрополит Никодим со своим окружением – в последний раз он посетил сестёр за день до своей кончины на приёме у Папы.

Сёстры, собравшиеся из разных стран и народов, удивительно приветливы, открыты и доброжелательны ко всем приходящим. И сестра Клер, после непринуждённой беседы пригласившая нас на экскурсию по монастырю, на ходу знакомила нас со всеми, кто встречался на пути – и каждая останавливалась перекинуться парой слов с «гостями из России».

Впрочем, всё по порядку:

1. Община Малых сестёр располагается возле древнего и очень уютного монастыря Tre Fontane, возведённого на месте казни апостола Павла. Монастырь принадлежит ордену траппистов. Это – площадь при входе в монастырь.

2. Тропинка в художественную студию для детей при монастыре.

Сейчас в обители живёт около ста сестёр, но в аллеях пустынно – все заняты работой или творчеством.

5. "Богородица, отдающая Младенца миру" – символ общины "Малых сестёр Иисуса", заповеданный им основательницей. Маленький Христос стремится обнять всех людей – и "Малые сёстры" видят смысл своего служения в том, чтобы донести Его любовь до каждого.

11. Под крыльцом у корпуса послушниц расположился свой Вертеп с вязаными симпатичными

Комментарии

И приятно, что он не входит в список стандартных достопримечательностей – поэтому никаких толп туристов. там даже воздух другой))

А Вы с ней знакомы? Я-то вообще до визита к ней ничего о “малых сёстрах” не знала – но община интересная.

Сестра клер связывающая молитва

Александр Мень и сестра Магдалена

  • 9 сент, 2014 at 11:41 PM

Клер Лятур (Claire Latour)

***»Тре Фонтане» – основной дом малых сестер Иисуса, расположенный в Риме на улице Лауринтина, где, по преданию, ап.Павел принял свой мученический конец. Этот дом, расположенный в эвкалиптовом лесу, был отдан малым сестрам траппистами из Тре Фонтане.

**** Руссикум – семинария восточного обряда, которая готовит священников для Восточной Европы.

ПРОТОИЕРЕЙ АЛЕКСАНДР МЕНЬ

ПО ЗАВЕТАМ МИЛОСЕРДИЯ

Опубликовано в сборнике "Трудный путь к диалогу".

В июне 1990 года на страницах одной из ведущих московских газет появилась статья о. Александра Меня, посвященная памяти основательницы Братства Малых Сестер Иисуса — сестре Магдалене. Это было первое публичное свидетельство, прозвучавшее в Советском Союзе, о выдающейся христианке XX века.

На одной из римских окраин монастырь провожал в последний путь старую француженку . Когда она скончалась, ей шел уже 92-й год. Незадолго до смерти эта неутомимая женщина побывала и в нашей стране. В последний раз. Но далеко не в первый.

Ее отпевание было волнующим. Двор перед церковью заполнили сподвижницы умершей сестры Магдалены, съехавшиеся с разных концов мира. Среди них было много смуглых, чернокожих представительниц всех рас и многих народов в скромной орденской одежде: синяя косынка, перепоясанная туника, крест на груди.

Заупокойную службу совершали три кардинала и десятки разноязычных священников. У гроба горсть желтого песка.

Долгие годы сестра Магдалена была душой и руководительницей всемирной общины Малых сестер, которые всецело посвятили себя «униженным и оскорбленным», беднякам и изгоям.

Подобно движению матери Терезы из Калькутты, Малые сестры — живое доказательство того, что в век войн, национальных конфликтов и геноцида не умер дух любви, открытости и взаимопомощи.

Когда я смотрел на просветленные лица сестер, произносивших молитвы на языках Европы, Азии и Африки (звучали и русские слова), я невольно думал о неистребимой силе добра. Перед ним рушатся барьеры, разделяющие материки и культуры. Поистине у современного мира, уставшего от ненависти, есть надежда, если он имеет таких самоотверженных служителей милосердия.

Само движение Малых сестер восходит к французскому монаху Шарлю де Фуко (1858-1916). В прошлом блестящий ученый, географ-исследователь Северной Африки, он в 25 лет пережил внутренний переворот, побудивший его вступить на путь осуществления евангельского идеала. С этого времени он стал иноком и поселился среди бедуинских племен Сахары.

Он не столько проповедовал Евангелие словом, сколько свидетельствовал о Христе самой своей жизнью. Образцом для брата Шарля были те годы безвестности, которые Христос провел в Назарете до своего выхода на проповедь.

Это был не просто путь бедности и труда, но прежде всего путь любви. Любви, не знающей границ. Шарль де Фуко не случайно избрал полем своей деятельности земли иноверцев-мусульман. Он хотел показать, что евангельское милосердие не знает «своих» и «чужих».

Сегодня сочинения, письма и дневники Шарля де Фуко входят в золотой фонд мирового духовного наследия. Показательно, что одна из книг о нем включена в серию «Учителя духовности» наряду с биографиями апостола Павла, св. Франциска Ассизского и св. Сергия Радонежского.

За несколько месяцев до гибели брата Шарля (его убили разбойники в Бениабесской пустыне) он писал: «Божественный Учитель любил нас, спасая наши души, и мы должны также любить друг друга. Друг друга означает каждую душу. Мы должны заботиться о тех, кто окружает нас, о тех, кого мы знаем, о всех, кто близок к нам, используя наилучшие средства для каждого человека: для одного слова, для другого — молчание, для всех — силу примера, доброту и братскую любовь, "становясь всем для всех", чтобы завоевать всех для Иисуса».

Его начинание было подхвачено группой единомышленников, которые сформировали движение Малых братьев. После Второй мировой войны оно начинает стремительно расширяться и распространяться по всему миру. А затем возникает и община Малых сестер.

Кончина сестры Магдалены ознаменовала итог первого и весьма плодотворного этапа в их истории.

Мадлен Ютен родилась в Париже в 1898 году. Ее отец был врачом, работавшим в Тунисе. Когда ей исполнилось 23 года, она прочла книгу Рене Базена о Шарле де Фуко. И это определило ее судьбу.

Человек неистощимой энергии, доброжелательности, чуткого сердца, она нашла свое призвание в организации общины Малых сестер, которые решились во имя Христово делить тяготы жизни с теми, кто страдает, кто угнетен бесправием, нищетой, болезнями, предрассудками окружающей среды.

В год кончины сестры Магдалены ее движение как раз справило свой 50-летний юбилей. Формально оно было основано в 1939 году, в день Рождества Богородицы, 8 сентября, т.е. сразу же после начала мировой войны. Это было символично. Сестры бросали вызов поднимавшейся буре зла и разрушения.

Вечный Рим и далекая Австралия, тропические леса Африки и снега Аляски, закоулки больших городов и бразильская сельва. Всюду незаметно трудятся последовательницы сестры Магдалены. Всюду несут они действенное свидетельство христианской любви, всегда готовые протянуть руку помощи. Их можно видеть в трущобах и тюрьмах, среди проституток и бездомных.

Путешествия сестры Магдалены, которая дарила людям сокровища Евангельского милосердия, были в полном смысле слова кругосветными. За свою долгую жизнь она основала общины в 64 странах. Число сестер, включая тех, кто проходят подготовку к посвящению, достигло почти полутора тысяч.

Вот почему проститься с этой женщиной собралось в Рим так много людей. Вот почему ее похороны походили скорее не на прощание, а на торжество. Тех, кто идет за сестрой Магдаленой и братом Шарлем, одушевляют две могучие бессмертные силы: вера и любовь. Они — реальное воплощение того, что заповедал людям Иисус Христос. И недаром сестры черпают поддержку для своего трудного служения в молитве перед алтарем, где постоянно пребывают Святые Дары, знак жертвенной самоотдачи Сына Божия.

Для меня было большой радостью, что в тот день я оказался у сестер как бы представителем нашей Церкви и нашей страны. Ведь для всех нас так важен этот чудесный урок. Не отвлеченный, а жизненный, практический. Урок подлинного христианского милосердия и служения людям.

До сих пор в Советском Союзе почти никто не слышал о подвиге малых сестер. И пусть эти скупые строки будут первым цветком, принесенным на могилу великой француженки из страны, которую она знала и любила. О которой она молилась в последние часы своей земной жизни.

Оценка 4.9 проголосовавших: 907
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here